Война или мир? В Брюсселе прошли обсуждения эскалации 2016 года и возможные сценарии по Карабаху

commonspaceşeuРиски эскалации насилия в Карабахе и вокруг него остаются высокими, но вместе с этим эксперты видят некоторые возможности для мира.

Вторая годовщина эскалации насилия в Нагорном Карабахе, произошедшая в апреле 2016 года, была отмечена встречей экспертов в рамках диалога, организованного Европейским политическим центром (EPC) и LINKS («Диалог, Анализ и Исследования») в Брюсселе, 4 апреля 2018 года. Эскалация в апреле 2016 года привела к сотням жертвам с обеих сторон, что ознаменовало собой самую серьезную эскалацию насилия после прекращения огня в 1994 году.

Обсуждения прошли под председательством Аманды Пол из EPC, с участием Давида Шахназаряна из Центра региональных исследований (Ереван), Заура Шириева из Международной кризисной группы, профессора Андрейя Макарычева из Тартуского университета (Эстония) и Денниса Саммута из LINKS.

В обсуждениях вопроса о том, возможно ли повторение эскалации 2016 года и настало ли время для прорыва в мирных переговорах приняли участие представители дипломатических миссий Армении и Азербайджана, представители институтов ЕС, миссий государств-членов ЕС и другие дипломаты, а также представители средств массовой информации и гражданского общества.

По словам Давида Шахназаряна, Армения обвиняет Азербайджан в эскалации в апреле 2016 года, после чего и произошло ужесточение армянской позиции. Армения, а также руководство Нагорного Карабаха теперь настаивают на обмене территории в обмен на согласованный окончательный статус. После 2016 года Армения осознала важность многовекторной внешней политики, что быстро привело к подписанию нового всеобъемлющего соглашения с ЕС. Это было стратегическим решением, и соглашение с ЕС признает три принципа хельсинкского заключительного акта, включая неприменение силы, уважение территориальной целостности и право на самоопределение. Армения будет приветствовать, если Азербайджан подпишет аналогичное соглашение.

Армения извлекла уроки прошлого. Теперь на местах появились новые системы мониторинга, которые сделают неожиданную атаку невозможной и более сильные оборонительные укрепления. Апрель 2016 года показал, что, несмотря на большое превосходство в плане вооружений, Азербайджан не смог нанести поражение Армении.

По мнению Давида Шахназаряна, риски новой войны высоки, поскольку стороны никогда не были так далеки от мирного решения. По его словам в момент такого большого недоверия между Баку и Ереваном, ЕС должен активизировать контакты между людьми с обеих сторон. ЕС также должен рассмотреть возможность оказания помощи сторонам в восстановлении военной горячей линии, которая существовала до этого, но которая сейчас уже не действует.

Он приветствовал тот факт, что Минский процесс остается одной из немногих дипломатических рамок, в которых Россия и Соединенные Штаты все еще могут сотрудничать, и сказал, что это может послужить стимулом для мирного процесса.

По мнению другого эксперта Заура Шириева, Армения и Азербайджан не согласны с версиями произошедшего в апреле 2016 года, и, что с тех пор регион стал еще более милитаризированным. С тех пор президенты двух стран провели три встречи, а их министры иностранных дел шесть. В Баку предполагали, что после апреля 2016 года конфликт будет находится под пристальным международным вниманием. Однако, это продолжалось всего несколько недель. Он также выразил надежду на ощутимые результаты переговоров, основанных на принципе возвращения земель в обмен на открытие границ, что еще не материализовалось. Баку также выразил надежду, что Россия будет вовлечена в посреднические усилия и доведет их до конца. Однако, похоже, что теперь Россия понизила свою роль в переговорах с уровня президента до министра иностранных дел.

По словам Заура Шириева, нельзя отрицать влияние эскалации в апреле 2016 года на азербайджанское общество. Общество теперь более чем когда-либо убеждено в том, что война является единственным решением конфликта. Он отметил, что есть некоторые практические шаги, которые можно предпринять. Прежде всего следует рассмотреть вопрос о повторном введении специальных посланников президента для работы над мирным процессом. Это создаст преемственность в контактах между саммитами президентов и встречами министров иностранных дел. Шириев сказал, что следует также уделять больше внимания человеческой и гуманитарной стороне конфликта, включая судьбу задержанных и пропавших без вести лиц. В настоящий момент обе стороны удерживают в плену по два человека с другой стороны. Он приветствовал роль Международного комитета Красного Креста (МККК) и его работу по этим вопросам.

Андрей Макарычев рассказал о взаимодействии России и восприятии конфликта во внешнеполитическом дискурсе. Он сказал, что существует три уровня взаимодействия. На официальном уровне позиция была очень осторожной и довольно пустой по смыслу. Были те, кто выступал от имени Кремля, подчеркивали Россию как хранителя мира, помогая сохранить баланс между сторонами. Третья группа «геостратегов» потакала более широким спекуляциям, связывая события в Нагорном Карабахе с событиями в Крыму и иногда обвиняя Азербайджан в том, что он ударил Россию в лицо, вызвав эскалацию в апреле 2016 года. Эта третья группа также была склонна к теориям заговора, основанным на роли «недружелюбных аутсайдеров».

Андрей Макарычев сказал, что России нужно посмотреть в лицо некоторым трудным реалиям, в том числе на то, что отношения к ней в Армении после апреля 2016 года изменилось, и пусть армяне пока не стали настроены антироссийски, но они стали скептически относиться к дружбе с Россией. Можно также увидеть разочарование в членстве Армении в Евразийском экономическом союзе. Обе стороны конфликта также пытались проецировать рассказ о событиях в Крыму и Украине, проводя параллели с Нагорным Карабахом, и это создало некоторый дискомфорт для России.

Андрей Макарычев предостерег от переоценки отношений России и Турции. Характер двух правительств позволяет им найти общий язык, и Россия с некоторым удовлетворением вызвала дискомфорт в отношениях между Турцией и ее западными союзниками. Но влияние российских турецких отношений на Южный Кавказ вряд ли будет очень высоким.

Деннис Саммут отметил, что в течение последних двадцати пяти лет нагорно-карабахский конфликт превратился из преимущественно локализованного этнического и территориального конфликта в сложный геополитический конфликт. Ставки теперь намного выше; с изменением военных возможностей от старых танков и калашниковых до современных вооружений, ракетных систем, беспилотных самолетов и тяжелой артиллерии. За последние десять лет две страны потратили на оборону около 40 миллиардов долларов. Политические элиты в Баку и Ереване теперь зависят от их карабахского повествования. Два общества теперь гораздо более воинственны друг к другу. Хотя некоторые предпочитают молчать, только очень немногие готовы бросить вызов повествованию о войне. Он сказал, что сейчас регион становится все более важным для России, поскольку она преследует свой настойчивый политический курс за пределами ближнего зарубежья. Южный Кавказ больше не является буферной зоной. Это центральное место в новом, чрезвычайно важном театре операций – южном регионе, который простирается от Каспийского моря до Черного моря и в качестве его центра выступает Крым, к которому были добавлены новые объекты в Абхазии и Южной Осетии, модернизация в Гюмри и Сирийском театре действий, включая расширение военно-морской и авиабазы ​​в Тартусе. Кавказ является центральным элементом российской энергетической проекции на Средиземное море, Ближний и Средний Восток. Этот сдвиг также можно увидеть в решении о переводе российской Каспийской флотилии на юг из Астрахани ближе к Махачкале. Со своей стороны, Запад теперь также является заинтересованной стороной в регионе и теперь не сможет оставаться в стороне в случае широкомасштабного конфликта

Деннис Саммут сказал, что для какого-либо прогресса в мирных переговорах необходимо определенное согласование между тремя факторами: внутренней политики Армении; внутренней политики Азербайджана, региональной и международной обстановки. Хотя за последние двадцать лет усилий по разрешению конфликта международный контекст в большей или меньшей степени способствовал внутренней политической ситуации в Армении и Азербайджане, но никогда не казался достаточно выровненным, и во все времена ни одна, ни другая сторона не смогла проявить достаточной политической воли для осуществления мирных инициатив. Однако, впервые в эти месяцы мы увидим в Армении и Азербайджане завершение длительных политических и конституционных процессов, которые поставили Ильхама Алиева и Сержа Саргсяна в более сильные позиции, чем когда-либо. Пока международная ситуация позволяет это, мы в ближайшие месяцы можем увидеть более интенсивные дипломатические переговоры, и можно даже выразить оптимизм в отношении того, что в течение этого года будут предприняты важные шаги. Если эти усилия потерпят неудачу, тогда, конечно, будет встречная реакция, поэтому риск возобновления конфликта остается высоким.

Что касается роли Европейского Союза, Деннис Саммут сказал, что, на сегодняшний день ни Армения, ни Азербайджан не хотят, чтобы ЕС был более непосредственно вовлечен в урегулирование нагорно-карабахского конфликта, поскольку они не считают это актуальным для этого вопроса. Вместо этого они постоянно просят ЕС поддержать их максималистскую позицию и обижаются, когда этого не происходит. Однако, для ЕС риски возобновления карабахского конфликта реальны, поэтому у него нет альтернативы, кроме как участвовать. Это также признается в Глобальной стратегии политики ЕС.

ЕС может продолжить свою игру, и это можно сделать несколькими способами. Переоценка его общего взаимодействия с Южным Кавказом в настоящее время вполне уместна. Лучше, чтобы Нагорный Карабах обсуждался в этих рамках; не в изоляции. Европейскому Союзу необходимо ввести региональный подход к своим отношениям со странами региона. От этого было решено отказаться, когда было сочтено, что это слишком сложно и громоздко. Хотя многое может быть сделано только на двустороннем уровне, должно быть место и для регионального измерения. Учитывая новые договорные отношения ЕС с двумя, мы надеемся, вскоре и с тремя странами региона его интересы в регионе станут более глубокими и более ясными, чем когда-либо. Эта ситуация должна быть отражена в ее взаимодействии с нагорно-карабахским конфликтом и процессом урегулирования конфликта. Взаимодействие между странами ЕС и странами-сопредседателями Минской группы должно быть формализовано и модернизировано, включая регулярные консультации по этому вопросу, по крайней мере, на уровне заместителя министра. Области, в которых ЕС может повысить ценность работы международного сообщества по решению карабахской проблемы, также начали кристаллизоваться. К ним относятся: (а) разработка и осуществление мер укрепления доверия; (б) подготовка обществ для урегулирования конфликта на основе компромисса; (c) участие и наращивание потенциала субъектов гражданского общества в регионе конфликта и в более широком обществе; (d) постконфликтное восстановление и реабилитация. Теперь эта работа должна проводиться более систематически. ЕС должен развивать способность напрямую общаться с политическими элитами, лидерами общества и массой граждан в Армении и Азербайджане, включая зоны конфликта, и необходимо разработать инструменты для этой деятельности. Все это потребует более надежного мандата для EUSR на Южном Кавказе; редизайн структуры EPNK и аналитический процесс, возглавляемый мозговыми центрами для создания новых идей.

Отвечая на вопрос представителя посольства Армении, Деннис Саммут сказал, что EPNK проделал большую хорошую работу, и отдельные мероприятия были полезны во многих отношениях, в том числе в поддержании путей коммуникации между различными заинтересованными сторонами с обеих сторон на разных уровнях. Проделана также хорошая работа по мерам укрепления доверия и созданию потенциала. Но было некоторое разочарование в связи с тем, что EPNK не стал больше, чем суммой его частей, но контекст, в котором проводилась работа, был очень сложным, и правительства обеих сторон не очень приветствовали эту работу. Было важно, чтобы какой-то формат продолжал работу, реагируя на меняющийся контекст и становясь более амбициозным в своих целях.

источник: commonspace.eu Политический диалог «Нагорный Карабах через два года после четырехдневной эскалации» в Брюсселе, 4 апреля 2018 года. Это мероприятие было организовано LINKS (DAR) и EPC в рамках Инициативы Европейского Союза EPNK.

фото: Участники диалога: профессор Андрей Макарычев, Деннис Саммут, Аманда Пол, Заур Шириев и Давид Шахназарян (фото предоставлено EPC twitter feed, «epc_eu»)

 

This entry was posted in News. Bookmark the permalink.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s